Родиться еще раз

Она работала в столовой на раздаче.
Из родных у нее никого не было, но она не была одинока.
Каждый день мимо нее проходило много людей, многие из них были ее постоянными клиентами, они часто приходили, и делились своими горестями и заботами.
Она была очень толстой, потому что не могла устоять перед искушением вкусно поесть, находясь в окружении бесчисленных блюд, источающих восхитительные ароматы.
Она долго боролась, потом поняла бессмысленность своих усилий.
Ее все любили такую пухлую, добрую, пахнущую бакалеей и свежей выпечкой.
Ее полное, расплывшееся лицо, как два изумруда, украшали большие, выразительные глаза, которые излучали доброту и участие.
В столовой редко появлялись новые лица, тем более ее удивил мужчина, которого она видела в первый раз. Он был изысканно одет, лицо со следами былых страстей, выглядело благородно и достойно. Правда, она проглядела засаленные рукава и стертые ботинки. Видно было, что он очень голоден.
Денег расплатиться ему не хватило, он сказал, что завтра принесет остальные, надеясь, что благородный вид и честный взгляд являются гарантией его правдивости.
Она сразу поняла, что он больше не придет, за годы своей работы она научилась хорошо разбираться в людях.
Жалость и желание накормить гостя внезапно охватили ее. Ее фантазия рисовала картины несчастий, которые могли обрушится на ее благородного рыцаря, они были окрашены ее собственными переживаниями, бессонными ночами, невыплаканными слезами.
Она, не отдавая себе отчета, пообещала накормить его завтра бесплатно, она сказала, что у ней всегда остаются неучтенные продукты.
Он стал приходить каждый день, они ни о чем не разговаривали, она даже не знала, как его зовут.
У них был свой язык жестов и взглядов, недоступный окружающим и понятный только им двоим.
У нее никого в жизни не осталось, кроме этого загадочного гостя.
Для нее стало смыслом жизни накормить своего мужчину, она с вечера припрятывала лучшие куски, чтобы приготовить их к его приходу.
Он приходил всегда в одно и тоже время, улыбался ей, произносил несколько ласковых слов, которых она раньше никогда не слышала, и уходил.
Потом он исчез.
Она упорно продолжала готовить еду и ждать его. Она должна была о ком то заботится.
Она находила тысячи причин почему он не может прийти, но дни шли и надежда таяла.
Она стала замкнутой и грубой, теперь ее знакомые раздражали ее своими вечными рассказами и волнениями.
Она чувствовала себя обманутой и брошенной.
У ней отняли самое дорогое, что появилось в ее судьбе, казалось, она потеряла частичку своей души, без которой невозможно жить.
В определенное время ее грудь сдавливало волнение, она не могла работать и только молча, как верный пес, смотрела на дверь своими большими, глубокими глазами, каждый раз вздрагивая, когда открывалась дверь, чтобы пропустить очередного посетителя.
Потом ее уволили, но она упорно приходила в определенное время с узелком еды к дверям столовой и терпеливо ждала, потом молча уходила.
Она возвращалась домой, ложилась на одинокий диван и тихо, бесконечно плакала.
Она не понимала, почему она все время плачет, она никогда раньше не плакала.
Слезы не приносили облегчения.
Теперь она знала, как устроен мир, знала, как живут люди, знала, почему ей поверяли свои заботы и горести.
Она вернулась на работу и опять стала милой, любезной и столь любимой всеми.
Она поняла, что для них она тоже была семьей.
Они приходили, чтобы увидеть ее внимательные глаза, услышать ее негромкий, мягкий голос, приходили, чтобы их услышали.
Жизнь вошла в прежнюю колею, но иногда на нее что то находило, она становилась чужой и недоступной, казалось, что она находится очень далеко, в своем мире, там, где живет ее семья, где играют ее дети, там, где ее дом.