Родиться еще раз

Она вошла в метро и попросила сесть, но могла бы этого не делать-окружающие поспешно отодвинулись, образовав свободное пространство.
Она была в грязной, оборванной одежде и распространяла вокруг себя отвратительный запах.
Она с интересом посмотрела на стоящего перед ней молодого человека, который разговаривал по телефону, судя по долетавшим фразам, со своей женой.
Он был примерно ее возраста,  на нем был ладно скроенный дорогой костюм, модные ботинки, тщательно подобранный галстук, в руках модный кейс.
Он почему то никуда не двинулся.
Он сразу узнал ее, хотя прошло много лет
Он вспомнил время, когда также ехал в метро, в грязной одежде, вспомнил, как вокруг него образовалось пустое пространство.
Он чувствовал брезгливость окружающих людей
Раскаленные стрелы враждебности летели отовсюду и ранили душу, оставляя незаживающие раны.
Он не сделал ничего плохого, у него просто не было другой одежды
В груди его билось живое сердце.
Он хорошо помнил, как его охватило чувство беспомощности и ярости, когда он оказался в центре круга, как прокаженный, к которому страшно прикоснуться, пария общества среди этих сытых и осуждающих, он вспомнил, как ему хотелось, чтобы хотя бы один человек его понял, чтобы стоящая рядом незнакомка взяла его за руку.
Незнакомка неподвижно стояла, невозможно было понять о чем она думает, возможно ее тоже окружала враждебной толпа.
Это была девушка, в помощи которой он так нуждался, девушка, которая не отодвинулась, не создала резервацию, тогда он многого не просил, улыбка или сочувствующий взгляд, одобряющий жест, молчаливое сочувствие.
Тогда она его спасла
его охватило глубочайшее волнение
Теперь его очередь
Все что он имеет принадлежит ей
Сейчас он понимает больше, чем она в тогда
Он наклонился к ней, взял ее руку и отшатнулся — на него смотрели пустые глаза.
Она была там, откуда не возвращаются.
Обостренным голодом инстинктом выживания она почувствовала — нельзя, чтобы он ушел, этот человек даст ей пищу и денег, которых хватит, чтобы на некоторое время забыться и превратиться в бесчувственный манекен
Она пресмыкалась перед ним, она признавала свое ничтожество.
Он дал много, очень много денег.
Он помнил, как ему было плохо тогда, сейчас ему было намного хуже.